Три года назад в Киеве был убит Олесь Бузина, один из самых талантливых и острых писателей современности. Сегодня ему исполнилось бы 48 лет — возраст, в котором можно успеть ещё очень много. И, зная работоспособность Бузины, можно смело утверждать – он бы успел.

Но его застрелили прямо возле собственного дома. Мотивы преступления никто особо не скрывал – тех, кто задумал, организовал и реализовал это «торжество украинской гидности» в столице оккупированной нацистами страны не устраивала творческая и политическая позиция писателя. Точно так же когда-то бандеровцы зверски убили писателя и публициста Ярослава Галана. По той же причине – они просто не могли его переспорить. Те доводы, которые приводили Галан и Бузина, ставили их в тупик и приводили в ярость.

Мы предлагаем читателям полную библиографию, в которую включены прижизненные книги Бузины. Ввиду того, что многие из них выдержали уже не одно переиздание, мы намеренно не указываем издательства  и делаем упор именно на короткую характеристику содержательной части произведений автора.

Вурдалак Тарас Шевченко   

Цель этой книги — развенчать миф о Шевченко. Вы узнаете совсем другого Кобзаря — не гения и святого, а алкоголика и завистника. Неуклюжего ловеласа, отбирающего у бывшей невесты подарки. Блюстителя нравственности, шпионящего за женой друга. И раскаявшегося «революционера», выпрашивающего у властей прощение.

Эту темную сторону Тараса всегда тщательно скрывали. Но она есть. Он был именно таким — в своих дневниках, письмах и десятках мемуарных свидетельств, не переиздававшихся после 1917 года.

Я начинаю там, где другие заканчивали. «Я от природы вышел какой-то неконченный».

(Тарас Шевченко)

Если представить фантастическую картину, что писатели золотого XIX века вдруг воскресли и собрались на Украине сегодня в одном из чудом уцелевших дворянских гнезд, то картина эта выглядела бы так.

Вечер. Сверкающие полукруглые окна бального зала. Сияющий медовым блеском паркет. Черные фраки. Блестящие конногвардейские мундиры. Ордена. Бриллианты. Женские плечи. Приглушенный смех.

Вот прошел со своей дамой гусарский поручик Лермонтов, шепча ей на ухо какие-то непристойности. Вот зло жрет мороженое в углу Пушкин, недовольный тем, что ему дали только камер-юнкера, а не камергера. Вот Толстой проповедует о непротивлении злу насилием, втайне поджидая минуту, когда можно будет удрать на тройке к цыганам…

Гоголь беседует о богословских тонкостях с заезжим католическим аббатом. Подсчитывает в уме издательские барыши Некрасов, вычитая из них то, что уйдет на содержание очередной любовницы. Нервничает вечный должник Достоевский.

И только один разночинец в помятом сюртуке не заходит в зал, хотя и имеет при себе пригласительный билет. Тяжело пошатываясь с перепоя, мутно вращая исподлобья налитыми кровью глазищами, стоит он под окном, держась одной рукой за парковое дерево, а другой сжимая за горло бутылку с излюбленным дешевым ромом. Стоит, смотрит, медленно пережевывая минуты, а потом выдавливает наконец из себя злобную фразу: «Якби… слiду панського в Украйнi… » И валится во влажную траву… Фантастика? Фарс? Конечно, фантастика! Но фраза-то шевченковская! Подлинная! А все собравшиеся в зале — действительно паны…

Верните женщинам гаремы (сборник юмористических рассказов)

Втайне женщины мечтают о многоженстве. Им нравятся социальные гарантии. Кофе по-турецки — на завтрак. Шашлык — на обед. И рахат-лукум с утра до вечера. Не существует, по их мнению, места более похожего на рай, чем гарем. Специально обученный евнух ударом палки по пяткам отгонит любого насильника. Массажистка явится прямо в спальню. Портниха тоже.

Можно сутками разгуливать по сералю в прозрачных шальварах, купаться в фонтане и валяться на музейных коврах. Кроме того, весь дом полон подружек, живущих на тех же правах. Солидарность, уют, взаимовыручка! И никаких противных мужчин, кроме того, кто все это обеспечивает. Восточная сказка!

Равенство полов — сплошной обман. Мне немало довелось повидать владельцев богатых офисов, оснастивших себя секретаршами в качестве спецтехники. И только однажды — хорошо отреставрированную мадам лет шестидесяти, конвоирующую на невидимом поводке ручного негра, втрое моложе ее. Экваториальный самец шествовал уверенно, как леопард. Но было видно, что не он владелец счета, определяющего маршрут прогулки.

Матриархат — еще хуже. Власть предполагает ответственность. Пилить за финансовые просчеты придется только себя. Обвинять во всех грехах — тоже. И рано или поздно — подавать в отставку. А это болезненно для уязвимой женской психики. То ли дело — гаремные нравы!

Мысль о том, что именно мы, мужчины, мечтаем содержать вас взаперти, арифметически увеличивая число «узниц» до бесконечности, — глубоко порочна. На самом деле, женщины сами просятся в рабство. С нас довольно и простых развлечений. Поход по девочкам — в сто раз дешевле содержания постоянно действующего притона только для одного клиента. Даму сердца (я хотел сказать, любовницу) можно взять, уволить и снова взять. Многоженство, напротив, предполагает строгую законность на фоне процветающей экономики.

Позволить себе такое в наших краях могли только истинные секс-богатыри — языческие князья древнего Киева. Лаконичность летописей не должна смущать исследователей. Историк отмечал только экстраординарное — мор, глад и набег печенегов. Привычное его не интересовало. Кратко упомянув о шести женах и восьмистах наложницах князя Владимира, Нестор-летописец сразу же перешел к вопросу о крещении Руси…

Тайная история Украины – Руси

Из описания, подготовленного к первому изданию: «Книга О.Бузины — первый за пятнадцать лет независимости взгляд на украинское прошлое с точки зрения факта, а не мифа. Известный своими радикальными оценками автор «Вурдалака Тараса Шевченко» остался верен себе. Знаковые исторические фигуры предстают в его новой книге не иконами, а живыми людьми. Сама же история — такой, как была на самом деле — исполненной жестокости и предательства, но чудовищно интересной. То, что скрывали архивы и самоцензура профессиональных историков, теперь становится достоянием широкого читателя»…

Древние шведы выводили себя напрямую от бога Одина. Поляки XIII века, когда их не бил только ленивый, приписали своим предкам победу над Александром Македонским. Автор «Слова о полку Игореве» считал русичей внуками Даждьбога. Что же касается украинцев, то они, по мнению большинства наших историков, существовали как бы всегда. Теорию эту называют «автохтонной» – в переводе с малопонятного древнегреческого «автохтон» – «самопорожденный», «коренной». То есть, по логике ее последователей, некий питекантроп, выведясь из обезьяны в Африке, пришел на берега Днепра и тут потихоньку переродился в украинца, от которого произошли русские, белорусы и прочие народы вплоть до индусов.

Особенно рьяно эту схему поддерживали «интеллектуалы» начала 90-х, спорившие по поводу мировых проблем в Киеве на Майдане Незалежности. Она возвеличивала их в собственных глазах, несмотря на рваные штаны, недельную щетину и отсутствие зарплаты.

Мне же кажется, что с такой теорией можно вообще ничего не делать: все за тебя уже сделал талантливый предок-питекантроп. А ты лежи на диване, плюй на пол и презрительно наблюдай, как кто-то в телевизоре получает Нобелевскую премию или на стратегическом бомбардировщике летит на сафари в Ирак…

Революция на болоте

Два года назад мы бродили с моим другом по внезапно «заоранжевевшему» Киеву и размышляли, на что это похоже. Нас нельзя было назвать «оранжевыми». Но и на классических «бело-синих» мы не тянули. Скорее, два последних белогвардейца – оба коренные киевляне и оба любящие толпу, только когда она приобретает вид четко организованного армейского строя.

Довольно быстро мы нашли историческую аналогию происходящим событиям – описанный Булгаковым в «Днях Турбиных» захват Киева петлюровцами. Ющенко – Петлюра. Кучма – гетман Скоропадский, только растянутый не на семь с половиной месяцев, как в 18-м году, а на десять лет. Это была не наша революция. И не наша контрреволюция.

Почему она произошла, ответить просто. Точно так же, как Скоропадский, Кучма не мог нагреть себе место между Востоком и Западом. Безукоризненно раздерибанив страну, он сделал три ошибки. Отдал гуманитарную сферу на откуп националистам, хотя явился в Киев под лозунгом предоставления русскому статуса государственного. Постоянно пытался прикормить тех, кто его никогда бы не полюбил. И постоянно же плевал на тех, кто мог бы поддерживать его не за деньги, а исходя из идеологических побуждений.

Не удивительно, что у «оранжевой» революции есть только две настоящие жертвы – Кирпа и Кравченко – два министра, особенно близких к Данилычу. Обоих можно без преувеличения назвать «верными слугами». Будь я наследственный монарх и живи лет сто назад, не сомневаясь назначил бы первого начальником царского поезда, а второго – главой имперского МВД. Кирпа выполнял все неприятные финансовые поручения режима, Кравченко – разогнал Майдан 2001 года – кто запамятовал, так называемую «Украину без Кучмы».

Обоих дед Кучма и отблагодарил. Особенно второго – сразу же отправив его в ссылку губернатором Херсонской области. Что интересно, Кравченко как верный слуга даже не взбунтовался. Он исполнительно пытался организовать на парламентских выборах заведомо невозможную победу прокучмовской партии «За ЕдУ» в этой красной резервации. Говорят, когда у него ничего не получилось, даже здорово расстроился. Бедняга не знал, что такой, как Кучма, недостоин «верных слуг». Будущее показало, что выиграли самые «неверные» – такие, как Ющенко и Тимошенко.

В результате осенью 2004-го вокруг старого «бабуина» просто не осталось преданных половозрелых самцов, способных загнать в стойло толпу взбесившихся мартышек.

Революция получилась очень национальная по форме. Продолжая исторические аналогии, легко заметить, что точно так же воевали запорожские казаки. Они вылезали из Сечи вместе с пшеном и самогоном, по дороге обрастали блядями и «политологами» – то есть бабами-ворожками, толковавшими туманное будущее, и, выбрав подходящий лужок, становились на нем табором. Напротив вырастал другой табор – польский или еще один казачий – если война была гражданская за то, кто станет новым гетманом. Обе армии крыли друг друга матом, пели военные песни, жрали от пуза и гадили под себя. Каждая коварно выжидала – у кого пшена, водки, баб и дерьма хватит на дольше.

В ноябре позапрошлого года случилось то же самое. Один табор стоял на Крещатике под оранжевыми стягами и мочился прямо в открытые канализационные люки на проезжей части, а второй – защищал Администрацию Президента, а отливать бегал в казенный сортир. При этом воевать не желали ни те, ни другие. «Оранжевые» не спешили брать Администрацию, а «бело-синие» – разгонять Майдан. Баб-ворожек в это время, как водится, посещали видения. Так, например, Юля «увидела» однажды во дворе Администрации целую банду русского спецназа. Трудно сказать, что это было. Может быть, православные Божьи ангелы, коих прислал из Кремля Путин, чтобы поражать копьем «помаранчевого» змия, а может, просто голодная сексуальная фантазия политической девки, жаждущей отдаться целому батальону Георгиев Победоносцев в виде потных накачанных мужиков.

Но как бы то ни было, все закончилось боевой ничьей – кресло для Ющенко обменяли на конституционную реформу, после которой цена этого государственного седалища упала раз в десять.

Некоторое время высокие умы в духе нового украинского барокко размышляли, что это было? Трагедия? Драма? Рождение новой эпохи? Было сказано много слов и сделано очень мало дел. При этом все забыли, что «оранжевая» революция на самом деле приключилась на болоте…

Воскрешение Малороссии

«Воскрешение Малороссии» — пятая книга Олеся Бузины. Она написана под воздействием статьи Николая Гоголя «Взгляд на составление Малороссии», опубликованной в 1832 году. Гоголевская концепция легла в основу документального повествования писателя XXI века о забытой стране, ставшей матерью Российской империй и… современной Украины.

«Как упоителен, как роскошен летний день в Малороссии!» — так начинается «Сорочинская Ярмарка» Гоголя. В основном мы знаем эту страну, благодаря Николаю Васильевичу. И как же прекрасна она! Как идиллична! В ней вечно «полдень блещет в тишине и зное и голубой неизмеримый океан, сладострастным куполом нагнувшийся над землею, кажется, заснул весь потонувший в неге, обнимая и сжимая прекрасную в воздушных объятиях»…

Чувствуете, сколько эротики? Гоголевская повесть — первая в «Вечерах на хуторе близ Диканьки» — начинается, как античный миф, в котором Бог Неба оплодотворяет Землю. Все здесь цветет. Все пахнет. Тут удивительные баштаны, храбрые казаки и девушки невообразимой красоты. Тут Иван Иванович потешно судится с Иваном Никифоровичем. Зато Пульхерия Ивановна живет в вечном мире со своим Афанасием Ивановичем. Тут даже башмачки любимым Оксанам привозят от самой царицы из Петербурга! Не от Версаче, а именно от Царицы!

Тем не менее, именно эту прекрасную Малороссию ненавидит все то, оккупировавшее ее, что называет себя «незалежним» и «национально-свидомим». Ненавидит какой-то лютой, почти животной ненавистью! Словно именно Малороссия не дает ей слопать лишнюю порцию вареников.

Но я никогда не стыдился своих малороссийских корней. Мои предки тоже с Полтавщины, как и предки Гоголя. Малороссия — достойная, корневая часть Украины, сердце Руси — ее основа. Те самые десять левобережных казачьих полков, которые не поддались ляхам и унии, не предали душу и присягнули на верность православному царю. И присягу эту хранили, пока был царь!

Из Малороссии началась украинская литература — «Энеидой» Котляревского и «Малороссийскими повестями» Квитки-Основьяненко. Отсюда вышли те знаменитые генералы, философы и политические деятели

Российской империи, которые до сих пор составляют славу Украины — Феофан Прокопович, Григорий Сковорода, Разумовские, Кочубеи, Трощинские и фельдмаршал Паскевич, взявший штурмом Варшаву.

Тут корни композитора Чайковского и великого юмориста Зощенко, написавшего в автобиографии: «Я родился в Полтаве в 1895 году. Мой отец — художник. Из дворян».

Именно из Малороссии пошло наше дворянство — национальная аристократия, оставившая стране свои родовые усадьбы и коллекции предметов старины, до сих пор остающиеся гордостью украинских музеев.

Киев, между прочим, это тоже Малороссия — ее западная граница, малороссийский плацдарм, героически выброшенный на правый берег Днепра. Еще в XVIII веке граница с Польшей начиналась под Киевом по речке Ирпень. И пусть столицей Малороссии был Петербург, но Киев оставался ее СВЯТЫМ ГОРОДОМ. Как и всей России.

Давно пора вернуть Малороссии историческую память, самосознание и, не побоюсь этого слова, автономию, которой она исторически обладала. В будущей украинской федерации Малороссия наряду с Новороссией, Крымом, Галичиной, Волынью, Донецко-Криворожской республикой и Подкарпатской Русью должна занять свое достойное место как равная среди равных.

Союз плуга и трезуба. Как придумали Украину

…Перефразируя одного популярного автора, историю Украины, как и любой другой страны, можно написать по-разному. Марксист стал бы рассматривать ее как борьбу классов. Православный идеалист — как назидательный урок свыше человеческой популяции, осмелившейся жить без Бога в сердце и Царя в голове.

Но я хотел бы реконструировать возникновение Украины совсем под другим углом — как историю массовых психозов и навязчивых идей.

Принято считать, что человек есть существо разумное. Эта точка зрения широко распространена. На первый взгляд, вроде бы так и есть. Значительная часть представителей нашего вида способна к созидательному труду и даже творчеству. Мы умеем писать и считать.

Твердо отличаем правую ногу от левой, для чего призывникам уже не нужно обертывать одну из них сеном а другую соломой. А некоторые из нас даже изумляют менее одаренное большинство изобретением той или иной технической игрушки, якобы облегчающей бытие.

Успехи прогресса не могут не радовать. Они внушают веру, что жизнь не только хороша, но и будет становиться все лучше. Что если сегодня весело, то завтра станет еще веселей! Иногда просто дух захватывает от того, сколько вокруг всего понавыдумывали. Все это так.

Однако в Историю человек влипает в абсолютно бессознательном, я бы даже сказал, бесчувственном состоянии. Как тот же Михновский. Такое впечатление, что он то ли обкурился чего-то, то ли напился до состояния скота. В лучшем случае, шел по улице, размечтался о высоком и вдруг БАЦ (!) головой об столб. Аж искры прыгнули из глаз, сигнализируя, какой конфуз получился от столкновения прекраснодушных идей с грубой действительностью. Так и с украинским национализмом. Думали, как лучше. А получилось, как всегда. Впрочем, вас же предупреждали. Что же вы не прислушались?..

Докиевская Русь

Россия и Украина отдаляются друг от друга не только в политике, но и в трактовках общей истории. Еще в 80-е годы нас учили, что Киевская Русь — колыбель трех братских народов: русского, украинского и белорусского. Но новая «феодальная раздробленность», последовавшая за развалом Советского Союза, потихоньку перекочевывает в труды исследователей и школьные учебники.

В Украине с начала 90-х годов официальной стала концепция председателя Центральной Рады Михаила Грушевского, еще в начале XX века объявившего Русь исключительно «древнеукраинским государством». Россия долго отмалчивалась и, наконец, нанесла ответный «удар».

Привычное словосочетание «Киевская Русь» теперь без лишнего шума исчезает из научных работ и школьных учебников Российской Федерации. Его заменяет лишенный географических привязок к Киеву, оказавшемуся за границей, термин «Древнерусское государство». Политика в очередной раз перекраивает историю для масс.

Справедливости ради, заметим, что Киевской Руси как официального названия раннесредневекового государства восточных славян никогда не существовало. Летописи, на основе которых выстраивают свои схемы современные историки, именовали эту державу просто Русью, или Русской землей. Именно под этим названием она фигурирует в «Повести временных лет», написанной современником Владимира Мономаха киевским монахом Нестором на рубеже XI–XII веков…

Утешение историей

Эту книгу родила война. Я не собирался ее писать. В планах у меня были совсем другие книги. Но Майдан и война на Донбассе сломала все планы. Произошло то, чего я больше всего не хотел — гражданская война вернулась на Украину.

Я не буду делить участников ее на правых и виноватых. Кто прав был в Гражданской войне начала прошлого века? Красные или белые? Петлюровцы или гетманцы? Махновцы или совсем забытые сегодня григорьевцы? Или зеленые, воевавшие со всеми и бегавшие ото всех? Теперь уже не важно.

Теперь это просто кино.

Но то, что происходит сегодня, не кино. Забытый спор правых и левых младогегельянцев, который вроде бы давно решился в Сталинграде, снова воскрес на Донбассе. И в Киеве. И в Одессе. Везде, где вместо философских споров вспыхивали очаги вооруженной борьбы. Иногда эта война происходит прямо у тебя в голове. Уже когда эту книгу нужно было сдавать в печать, на Юго-Востоке буквально за одну неделю погибли двое моих друзей. Обоих я знал по военной реконструкции. Одному было сорок семь. Другому — двадцать. У первого остались жена и сын. У второго — беременная жена. Тот, что был старше, воевал, скорее, из чувства долга и профессиональных соображений — он был бывшим капитаном спецназа. Еще советского. Тот, что моложе, — из юношеского романтизма и идеологических убеждений. Впрочем, оба они были романтиками. Немного наивными.

При этом они воевали ДРУГ ПРОТИВ ДРУГА. Бывший советский капитан — в одном из добровольческих батальонов, сформированных Киевом. Двадцатилетний мальчишка — в армии Луганской Народной Республики. Тем не менее, обоих своих друзей я любил. Оба вызывали у меня человеческую симпатию. Оба, по рождению, были КИЕВЛЯНАМИ и разговаривали ПО-РУССКИ.

Относиться к их смертям равнодушно я не могу. Я держал в руках каску одного из них. Того, что был старше. Каска еще пахла потом и волосами. Знаете этот грибной запах человеческой головы, который остается на шапке? Пропотевшая каска пахнет точно так же. Мобильный телефон напоминал осколок льда, залитый кровью. Друг погиб, подорвавшись на мине. Растрескавшаяся после взрыва панель мобильника впитала кровь из разорванного сердца. Темно-вишневую, просто рубиновую кровь. Его привезли в Киев, чтобы похоронить.

Второго друга — того, которому было всего двадцать, в Киев не привезут. Его похоронят на Луганщине. Там, где он воевал и умер. Для нынешних киевских властей он сепаратист. Хотя сам он говорил, что собирается вернуться в Киев и освободить его. Так он думал. Хотя большинство нынешних киевлян, наверное, думают иначе. По крайней мере, если верить соцопросам.

Обоих я отговаривал брать в руки оружие. Еще весной, когда кипели страсти и уходили колонны на Восток. Ночью. По проспекту Победы. Еще не зная, что идут к трагедии Изварино и Иловайска. В мясорубку Саур-Могилы…

обзор подготовил

Артём ОЛЬХИН

______________________________________________________________________

Присоединяйтесь к МИА Новороссия в Facebook, ВКонтакте, Twitter, Google+, Одноклассники, Feedly и через RSS, чтобы быть в курсе последних новостей.

______________________________________________________________________
Дорогие друзья!

Если вы хотите поддержать коллектив Молодежного Информационного Агентства «НОВОРОССИЯ», просьба отправлять переводы на Яндекс-Кошелек: 410014056051536

Мы благодарим Вас за проявленный интерес и Вашу поддержку!
______________________________________________________________________
comments powered by HyperComments